То есть я не понимал, за что, собственно, я их ненавидел когда-то. Более того, я их в эту минуту любил. То ли меня заворожил журнал, то ли чизкейк, но я подумал: а вдруг, Господи! Вдруг это и есть счастливое новое поколение, которого столько ждали! А что они не производят ценностей — Бог мой, разве их тихая, доброжелательная жизнь, с мобильным щебетанием и взаимной предупредительностью, не есть ценность сама по себе? Может, правы были Гайдар с Чубайсом и прочие, ожидая, что этот-то средний класс и сделает наконец из России филиал рая?

И тут вся эта идиллия рухнула, дорогие товарищи, и я снова укрепился в своих воззрениях на российскую реальность. Дело в том, что мимо открытой веранды прошла женщина, которая только что получила очередной отлуп на платной бирже труда, расположенной поблизости. Видимо, женщина регулярно смотрит программу «Времечко». А я как раз ее веду. И вот она, узнав меня, устремилась ко мне с жалобами на биржу труда. И услышал я одну из тех историй, с какими на «Времечко» звонят ежедневно и регулярно. А потом и другие подошли, из мимоидущих, и стали рассказывать про свое.

Мне было невыносимо стыдно. Не за чизкейк, разумеется, — тоже мне роскошь, — но за временную мою капитуляцию. За то, что я поверил в безоблачный мир, в конструировании которого сам же за деньги участвую; за то, что на секунду поддался собственным чарам и позволил себя оболванить. Мир представился мне таким, каким его видят яппи — молодые, богатые и востребованные и поэтому легко, халявно добрые. Я понял, за что их ненавижу в обычное время. Они не хотят знать, что где-то есть страна, не желают признавать, что существует жизнь и ее трагедия и что трагедией этой может быть не только несчастная любовь, но и обычная социальная катастрофа, полный жизненный тупик, распад Родины при полном отсутствии альтернативы. Они живут в Риме времен упадка, не видя ни руин, ни варваров. А в общем я вышел из кафе с некоторым облегчением. И пошел по Москве в своем обычном тоскливо-раздраженном состоянии. Оно, конечно, невыносимо, но по крайней мере адекватно. Не получится из меня российского среднего класса. Я бы и купился по слабости своей, да жизнь не даст.